Среди грубоватых характеров множество по-настоящему доб­рых, некорыстных людей, по П. Волкову, «простодушных орга­ников». Он придет к этому «несчастному интеллигенту» и кран починит, и телевизор, по наитию, по изначальной талантливо­сти рук, исправит. От предложенных денег может и отказаться: «Что с него возьмешь — с интеллигента, а сосед, помогать надо». Но от «угощения», как правило, не отказывается и будет дово­лен, если «за рюмочкой» с ним поговорить «за жизнь». Чуть за­хмелев, может и поучить интеллигента «правильной», а не «ва­шей умственной жизни». У таких людей часто очень хорошие, немного грубоватые лица, от них исходит ощущение надежно­сти: в беде не бросят. Кстати, в минуты серьезной опасности такой органик бросится на помощь, не размышляя, потому что в первую очередь — порыв, импульс, а переживать и пугаться можно и потом. Много среди органиков честных, бескомпро­миссных людей, властных, авторитарных и сильных организа­торов, способных командовать армиями и фронтами, где они, действительно, на месте. Правда, нет в них чего-то неуловимо­го, тонкого, что ищешь и ценишь, устав восхищаться силой и несгибаемостью. Но, как говорится, что бы с нами было без них в годы войны, что с нами было бы теперь, если бы мир заселя­ли аутистические поэты и физики-теоретики. Нет плохих и хо­роших характеров, есть плохие и хорошие люди. Каждому свое место в этой жизни. И можно лишь с благодарностью Природе наблю­дать это прекрасное человеческое разнообразие с бесконечным множеством созвучий, цветов и оттенков.